Инна Байтукенова: «Эйджизм – это наша проблема. В Америке люди начинают новую жизнь и в 60»

Казахстанка переехала в США почти в 40 лет, стала популярной блогеркой, открыла собственный бьюти-салон и начала жизнь с нуля.

В интервью Ayel Инна Байтукенова рассказывает, почему в США люди не боятся начинать новую жизнь даже в 60, как здесь на самом деле защищают права женщин, чем американские клиентки отличаются от наших и почему голливудская мечта на деле часто оказывается куда менее гламурной, чем кажется со стороны.

– Инна, вы рушите стереотипы: уехали в Америку не в юном возрасте и стали там не посуду мыть, как пугают, а успешной блогеркой.

– Спасибо, мы сами себе порой удивляемся. Мы с мужем (журналист, режиссёр Тулеген Байтукенов. –Прим. ред.) уехали, когда Тулегену было 40, мне –38. Но когда мы вспоминаем наши ощущения, то, как мы здесь жили, как рассуждали, как действовали… ощущение, будто нам было по 25 лет.

– Но вам просто повезло или это всё наши устоявшиеся представления о том, что в 40 уже практически невозможно начать всё с нуля?

– Переезжать сложно, особенно поначалу, но обнулиться и перезапустить всё заново реально. Америка и правда страна больших возможностей. Знаете, эйджизм – это чисто наша эсэнгэшная черта, здесь же никого не пугают взрослые люди. Я знаю истории людей, переехавших сюда и в 60 лет, и все они прекрасно адаптировались. Моя бабушка приехала сюда в 93 года и хорошо чувствует себя.

– Вы, наверное, в бабушку. И в 93 будете пробовать новое?

– Я сама легко отношусь к возрасту, это всего лишь цифры. Когда я была беременна своей младшей дочерью Танэей – она родилась здесь, мне было 40 лет, даже мама мне говорила: «О, ты решилась родить в 40». Но для меня это всегда странно звучало. В этом вопросе здешние врачи более широких взглядов, чем наши.

– Были ли моменты, когда вам хотелось вернуться в Казахстан? Жалели ли вы о переезде?

– Честно – нет. Ни разу. Я очень люблю Казахстан, но для меня в США всё-таки больше плюсов, чем минусов. Больше возможностей для детей, для женщин, даже тех, кому 40+. Это удивительная страна, в которую вы приезжаете и сразу чувствуете себя в своей тарелке. Здесь нет дискриминации по возрасту, акценту, внешности. Все одинаковые, все равны. Отдельный плюс – это права женщин. В Казахстане всё только начинает меняться, а здесь женские права прочны, и я спокойна за будущее своих девочек, за дочерей. Абюьз, алименты, сталкинг – тут власти всегда встают на сторону женщину. В случае чего обидчику выписывают restraining order – он не имеет права приближаться к ней, кажется, на 100 футов.

– То есть, это не из кино, а из жизни?

– Да, у меня есть знакомые девушки, которые сталкивались тут с домашним насилием. Они обращались в полицию, уходили в шелтеры. Им предоставляют жильё, психологическую поддержку, помогают с едой. Социальные программы реально работают. Женщина здесь не остаётся одна. Даже если муж ушёл, если не сложились отношения, если она осталась с детьми, она не окажется в ситуации, когда ей просто не на что жить. Их женщины годами не выбивают алименты и не остаются одни со всеми проблемами.

– У вас очень разнообразный опыт работы. Вы по образованию юрист, работали маркетологом, потом кинопродюсером, сценаристом, в Америке стали блогером и бьюти-экспертом. Это востребованная ниша?

– Я всегда увлекалась темой красоты и вела свой блог, но делала это время от времени, даже не зная, что на этом можно хорошо зарабатывать. Сначала я просто отмечала бренды, потом они заметили, стали предлагать контракты. Возможно, именно мой разнообразный опыт работы помогает мне делать качественные интеграции. Это только на первый взгляд кажется, что все эти сферы вообще между собой не связаны. Но на самом деле блогинг близок к кино – к творчеству, к визуалу, к истории.

– Сейчас вы ещё открыли свой бьюти-салон, кто ваши клиенты? Американцы или «наши»?

– Примерно 50 на 50. Но акцент я, конечно, делаю на американских клиентах, на англоговорящих. Наши в основном приходят по знакомству – знакомые, подружки, кто-то через кого-то.

Клиентскую базу нарабатываю через рекламу, таргетинг, а потом уже включается сарафанное радио. Знаете, что интересно? Американские клиенты менее требовательные по сравнению с нашими, русскоязычными.

– Почему?

– Не знаю. Может, стандарты красоты и стандарты качества разные. Например, если на чистку лица приходят наши девочки, они готовы терпеть боль, дискомфорт – лишь бы был результат. Американцы к этому не привыкли. Им важно, чтобы это было расслабление, удовольствие, релакс. Чтобы, условно, «погладили лицо». Их погладишь, они ещё хорошие чаевые оставляют. Наши иногда могут быть недовольны по мелочам.

– А вообще в целом насколько популярны бьюти-процедуры среди американок?

– Тут крепнет тренд на натуральную красоту. Женщины уже не готовы к операциям, стараются меньше колоть. Выбирают фейслифтинг, массажи, уходовые процедуры. Но тут всё ещё зависит от достатка. Если брать голливудских селебрити, они, конечно, делают всё.

– Какие у вас топовые процедуры?

– Сначала я ориентировалась на себя, на то, что мне больше подходит, а это корейский уход. Сейчас огромный тренд на K-beauty, корейскую косметику, K-идолов. И я создала у себя услугу, которая называется Korean Glow Facial. Она у меня стала достаточно популярной. Думаю, здесь ещё срабатывает то, что я сама кореянка, у меня азиатская внешность. Но, в любом случае, эту процедуру очень любят.

– А что это за процедура?

– Уходовая и направлена на глубокую гидратацию кожи, выполняется по корейской технологии. Там есть лимфодренаж, много этапов: очищение, мягкие пилинги – не агрессивные, без даунтайма (без периода восстановления). Всё очень деликатно, но при этом эффективно.

– Сколько в среднем стоит одна процедура?

– 150 долларов.

– Правда ли, что в Америке нужно работать больше, чем в Казахстане?

– Да, потому что жизнь дороже: аренда, медицина, страховки, садики очень дорогие, бесплатные есть, но там очередь и доход учитывается. Зато здесь хорошие и доступные школы. Старшая дочь учится в public school – это бесплатная государственная школа, уровень при этом отличный. В Казахстане она училась в частной школе, и мы платили за образование. Здесь же – бесплатно. Плюс бесплатное питание в школе. У сына, например, получилось бесплатно отучиться два года в колледже, сейчас он учится в Аризонском университете за счёт Starbucks. Эта корпорация оплачивает образование своим сотрудникам. Там очень хороший соцпакет.

– А кем он работает в Starbucks?

– Он начинал как бариста, потом стал shift supervisor(супервайзер смены, который руководит работой заведения в одну смену), хочет дальше строить карьеру. Плюс он ещё преподаёт шахматы – работал в частной шахматной школе, давал частные уроки, занимался репетиторством. Это нормально здесь –работать на нескольких работах, использовать неожиданные возможности.

– Какой труд ценится в Америке?

– Любой, вопрос востребованности. В США очень большая нехватка специалистов в системе здравоохранения, особенно медсестёр не хватает. Причём медсестра здесь – это не то же самое, что в нашем постсоветском понимании. Тут они учатся четыре года – это полноценный бакалавриат, и имеют право лечить, открывать собственные практики. Получают до 70 долларов в час. Неплохо зарабатывают учителя, у них образовательная сфера хорошо защищена, и, конечно, представители рабочих профессий: электрики, сантехники, мастера маникюра, парикмахеры.

– Вы ведь работали у нас в киноиндустрии, живёте сейчас почти в Голливуде, не пробовали внедриться в их индустрию?

– Сценарии мы пишем, но для меня это сейчас больше хобби. Мне кажется, что все эти истории о большом успехе в Голливуде больше для молодёжи. Для энтузиастов, которые не мыслят жизнь без кино. Которые готовы заниматься творчеством, даже если оно не приносит много денег. Так можно жить, но это не будет сладкая жизнь. Но жизнь-то проходит. Хочется прожить её классно, не хочется страдать.

– Но есть шанс пробиться?

– Есть девчонки, которые реально горят этим. Им нравится актёрство, они мечтают стать голливудскими актрисами. Они ходят по кастингам, ездят на съёмки, встают рано, мёрзнут или жарятся на солнце – за копейки.

У меня есть знакомые, которые снимались в больших проектах – Marvel, не в главных ролях, конечно. И они рассказывают: встаём в четыре утра, едем, нас красят, пережигают волосы плойкой… И я думаю: зачем? Это же очень мало оплачивается.

– А сколько платят?

– Если вы в union, то есть член профсоюза, то в 2021 году платили примерно 150 долларов за смену. Не за сутки, а именно за смену. А если вы не в union, то ещё меньше. И чтобы быть в union, нужно платить членский взнос – около 3,5 тысячи долларов в год, кажется. Невыгодно.

– А гражданство у вас казахстанское осталось?

– Да.  

– Сложно жить в Америке с казахстанским гражданством?

– Нет, в принципе, несложно. Если, конечно, легально, мы приехали сюда по приглашению по визе талантов. Много общались с людьми, которые получили грин-карту или американское гражданство, и когда спрашиваешь: «Что изменилось?» – они говорят: «Ничего, просто платим больше налогов и имеем право голосовать».

– Если отмотать 7 лет назад, когда впервые приехали в Америку, вы, как я понимаю, поступили бы так же?  

– Да. Но, кажется, если бы мы переехали сейчас, то было бы легче, чем в то время. Мы пережили здесь пандемию, начинали всё с нуля. Причём, тогда не было ни ChatGPT, ни AI, ни нормального доступа к информации. Мы вообще не понимали, куда идти и что делать. А сейчас всё гораздо проще: информации больше, всё понятно, куда обращаться, как действовать. Но, конечно, не могу это советовать никому, потому что у каждого свой путь.

Автор: Галия Байжанова

Фото предоставлены героиней интервью

#жизнь #мир #интервью #сша #казахстан

✅ Подписывайтесь на https://t.me/ayel_kz