Как Казахстан пытается вернуть утраченную прибыль в нефтегазовой отрасли

Вчера агентство Bloomberg со ссылкой на собственные источники сообщило, что международный арбитраж в Лондоне вынес решение в пользу Казахстана в его споре с акционерами Карачаганакского консорциума.

По данным агентства, арбитражный суд поддержал позицию республики: партнёры по Карачаганаку должны возместить неучтённые перерасходы, которые не подлежали компенсации в рамках соглашения о разделе продукции (СРП). Окончательная сумма ещё не определена и колеблется в диапазоне от 2 до 4 млрд долларов. Механизм возврата этих средств, вероятно, приведёт к изменениям в формуле распределения нефти, прописанной в контракте о разделе продукции.

Карачаганак – одно из крупнейших газоконденсатных месторождений в мире. Оно же – одно из самых сложных в плане добычи из-за высокого пластового давления, глубокого залегания, наличия парафинов и сероводорода в газе. План по добыче на месторождении в 2025 году предусматривал 12,4 млн тонн нефти (повышение с 12,2 млн тонн в 2024 году) и около 24,6 млрд кубометров газа. 

Проект реализует Karachaganak Petroleum Operating B.V. (KPO), которое является совместным предприятием итальянской Eni (29,25%),  британской Shell (29,25%), американской Chevron (18%), российского «Лукойла» (13,5%) и отечественной нацкомпании «Казмунайгаз» (10%). «Лукойл» в скором времени должен выйти из проекта в связи с западными санкциями, однако срок для определения покупателя на долю россиян и закрытия сделки переносили как минимум трижды. По последним данным, дедлайн сдвинут до 28 февраля 2026 года.

Секретные соглашения

Соглашения о разделе продукции, заключенные в Казахстане в 90-х годах (Тенгиз, Кашаган, Карачаганак), критикуют из-за их секретности. Общественность не знает реальные условия сделок, а о невыгодности контрактов для страны можно косвенно судить по тому факту, что в начале 2025 года Касым-Жомарт Токаев поручал правительству активизировать работу по их пересмотру. К правительству обращался и общественный Фонд Transparency International – Kazakhstan, указывая, что засекречивание нефтегазовых контрактов противоречит Конституции РК.

Отметим, что до 2011 года Карачаганак был единственной крупной иностранной нефтяной разработкой в Казахстане без участия государства. Переговоры о готовности приобрести 10% в консорциуме вёл Тимур Кулибаев, занимавший на тот момент пост председателя правления АО «ФНБ «Самрук-Казына». Тогда консорциум обвиняли в невыполнении обязательств, и сделка, обсуждавшаяся при участии Кулибаева, должна была урегулировать споры, обеспечив государству долю в Карачаганаке.      

Как писал «Курсив», с мая 2008 по январь 2009 года консорциум выплачивал таможенные пошлины. Однако компания BG Group Plc, бывшая тогда одним из ключевых акционеров KPO, сочла применение этих пошлин к консорциуму неправомерным, так как они не вписывались в соглашение. Компания направила в международный арбитражный суд иск против правительства Казахстана на сумму более 1 млрд долларов, требуя вернуть деньги, выплаченные в бюджет в качестве таможенной пошлины. В свою очередь Казахстан обвинил консорциум в невыплате 700 млн долларов и сверхнормативной добыче нефти на сумму 707 млн долларов, финполиция возбудила уголовное дело в отношении топ-менеджмента компании. 

В 2010 году в KPO признали налоговые нарушения на сумму 8,2 млрд тенге, допущенные компанией с 1999 по 2001 годы, и возместили Казахстану ущерб в полном объеме.

В 2016 году BG Group Plc формально перестала существовать как самостоятельная компания после поглощения концерном Royal Dutch Shell. В результате этой сделки доля BG в Карачаганакском проекте перешла к Shell.

Что будет с долей «Лукойла» в Карачаганаке

«Лукойл» работает в Казахстане с 1995 года, инвестировав в нефтегазовые проекты более 12 млрд долларов и при этом добыв 94 млн тонн нефти и 60 млрд кубометров газа. (Ранее мы рассказывали, чем владеют «Лукойл»  и другие российские инвесторы в нефтегазовой сфере Казахстана).

Компания  находится под различными типами санкций уже более десяти лет, однако наиболее жёсткие ограничения были введены в 2024–2025 годах со стороны США, Великобритании, Евросоюза и Украины. На этом фоне «Лукойл» объявил о массовой распродаже международных активов. 

Казахстанские проекты с участием «Лукойла» – Карачаганак (российская доля – 13,5%), Тенгиз (5%) и Каспийский трубопроводный консорциум (12,5%) – получили официальные освобождения от санкций США и Великобритании. Но речь не идёт о продолжении работы компании в Казахстане: это временные лицензии, которые не дают остановить добычу нефти во время поиска нового собственника. 

Кто может купить активы в Казахстане – главная интрига нефтегазового рынка.  Крайний срок для определения покупателя и закрытия сделки переносили как минимум трижды. Вначале США продляли санкционную отсрочку до конца 2025 года, затем до середины января, а сейчас дедлайн сдвинут  до 28 февраля 2026 года. Агентство Reuters сообщало, что на доли «Лукойла» претендуют венгерская MOL Group, американские Exxon Mobil, Chevron и инвестиционный фонд Carlyle, а также инвестиционная International Holding Company из ОАЭ. Компания «Казмунайгаз»  опровергла слухи о возможной покупке этих активов со стороны Казахстана, но министр энергетики Ерлан Аккенженов в интервью NewTimes.kz не стал ничего исключать. Он сказал, что правительство переговоров о покупке не ведёт, но страна обладает приоритетным правом выкупа в соответствии с Кодексом о недрах, и вопрос использования этого права будет рассматриваться позже. 

Мировые прецеденты подобных решений уже были. К примеру, в начале года  Ирак национализировал крупнейшее месторождение «Лукойла» «Западная Курна-2», передав его государственной Basra Oil Company. В Болгарии, где находится крупнейший на Балканах НПЗ «Нефтохим Бургас», в рекордные сроки внесли изменения в законодательство. Активы «Лукойла» перешли под внешнее управление, а любые сделки по продаже активов такого калибра теперь будут проводиться под контролем государственного Агентства национальной безопасности и с разрешения правительства Болгарии. Напомним, с  американской стороны любая финальная сделка требует отдельного одобрения Минфина США.

Как Казахстан участвует в других крупных нефтяных проектах

В октябре 2008 года участники консорциума Agip KCO (в настоящее время North Caspian Operating Company B.V.) подписали соглашение, удвоив долю Казахстана до 16,81%. Тогда, как писал РБК, правительство страны заявило, что может лишить итальянскую компанию Eni статуса оператора по проекту Кашаган. Поводом стало то, что компания объявила об очередном переносе сроков начала промышленной добычи на месторождении с 2008 года на второе полугодие 2010 года и об увеличении затрат по проекту с 57 млрд долларов до 136 млрд долларов. Казахстан предложил консорциуму либо выплатить правительству существенную компенсацию, либо заметно увеличить долю участия «КазМунайГаза» в проекте.

В 2009 году за 100 млн долларов были выкуплены 33% акций «ПетроКазахстан Инк» у Китайской национальной нефтяной  корпорации. Основу производственной структуры группы компаний «ПетроКазахстан» составляют два подразделения: нефтедобывающее АО «ПетроКазахстан Кумколь Ресорсиз» и нефтеперерабатывающее ТОО «ПетроКазахстан Ойл Продактс». Также компания владеет 50%-ной долей в двух совместных предприятиях, осуществляющих деятельность в Южно-Тургайском нефтеносном бассейне.

А вот в компании «Тенгизшевройл» Казахстан, наоборот, уменьшил долю участия. Сейчас она составляет 20%, управление осуществляет «КазМунайГаз». Остальные доли в консорциуме принадлежат Chevron (50%), ExxonMobil (25%) и «Лукойлу» (5%). Изначально доля Казахстана составляла 50%, однако в процессе реструктуризации активов 25% были проданы ExxonMobil, а ещё 5% — «ЛукАрко».

Разбирательства вокруг Кашагана

Судебный спор с акционерами Карачаганакского консорциума не единственный в своём роде. Ранее Казахстан пытался отстоять свои интересы в связи с разработкой месторождения Кашаган, правда, дело закончилось неудачей в апелляционной инстанции. Напомним, что в марте 2023 года стало известно, что министерство экологии подало иск к оператору месторождения Кашаган (North Caspian Operating Company или NCOC) на 5,1 млрд долларов по курсу на тот момент. Основанием стали выявленные департаментом экологии Атырауской области годом ранее нарушения (сверхнормативное размещение серы на складах, неполное исполнение плана мероприятий по охране окружающей среды и т. д.). Консорциум NCOC пытался оспорить каждое из выявленных нарушений, суды шли с переменным успехом, однако в августе 2025 года апелляционная инстанция встала на сторону консорциума.  

Судя по всему, NCOC на законных основаниях настоял на том, что обращается с серой ответственно и в рамках экологических требований. Дело в том, что в Экологическом кодексе используется два отдельных термина – «размещение» и «хранение» серы, а лимиты устанавливаются только в отношении размещения.

Напомним также, что претензии Казахстана к NCOC достаточно живо обсуждались в зарубежных СМИ. Некоторые полагали, что правительство республики пытается таким образом установить больший контроль над консорциумом. Другие издания писали, что «поведение страны» можно считать желанием увеличить поступление налогов и других доходов от разработки Кашагана.

Подписаться на @Shishkin_like