Как задержание гопника в резиденции Кунаева едва не стоило карьеры будущему полковнику

В сентябре 1964 года молодому лейтенанту алма-атинской милиции Габдрахиму Мендешеву (который впоследствии стал легендой казахстанского уголовного розыска) пришлось в одиночку выдержать колоссальное административное давление. Против начинающего оперативника ополчились КГБ, руководство МВД. Имелись вопросы к нему и у 1-госекретаря ЦК Компартии Казахстана. Виною всему стал обычный уличный налетчик, умудрившийся найти убежище на строго охраняемой правительственной даче Динмухамеда Ахмедовича Кунаева.

Ночной налёт

Даже самые выдающиеся мастера сыскного дела начинали свой путь с районных отделов. Эта история поначалу и выглядела, как заурядное уголовное преступление.

– В тот период меня только утвердили в должности оперативного уполномоченного Фрунзенского (сейчас это Медеуский район города Алматы) РОВД Алма-Аты, – вспоминает полковник милиции в отставке Габдрахим Мендешевич Мендешев.

Начало скандальному делу положил телефонный звонок. Ранним утром 23 сентября 1964 года Мендешева в экстренном порядке вызвали на службу. В дежурной части он увидел напуганного подростка лет 15. Выяснилось, что юношу жестоко избил и ограбил неизвестный. Инцидент произошёл после окончания танцев на площадке местной туристической базы, расположенной по соседству с погранучилищем. Около двух часов ночи нападавший нанёс жертве несколько ударов кулаком по лицу и отобрал наручные часы марки «Восток», а также дорогостоящую куртку.

– Я пригласил заявителя в кабинет, – продолжает Мендешев. – К счастью, выяснилось, что, несмотря на ночную темноту, парень смог неплохо разглядеть лицо налётчика.

Картотека и след в резиденции

Возраст подозреваемого составлял примерно 17-20 лет, рост – в районе 170 см, одет был в светлую сорочку и тёмные брюки. Милицейская логика подсказывала, что дерзкое преступление совершил кто-то из местных.

В подобных ситуациях молодому сыщику оказывала неоценимую услугу его самодельная картотека. В неё лейтенант Мендешев вносил приметы всех «потенциалов» – криминально ориентированных жителей своего участка. И, перебирая бумажные карточки, лейтенант вскоре наткнулся на описание юноши, который идеально подходил под портрет ночного грабителя. Им оказался Ельдос – сын местного жителя.

– Я тут же направился по адресу проживания подозреваемого, – вспоминает Габдрахим Мендешев. – Однако дома парня не оказалось. Взволнованная мать Ельдоса пояснила, что сын вместе с отцом сейчас находится на работе. Когда я поинтересовался адресом, женщина спокойно ответила: «На даче у первого секретаря ЦК Компартии Казахстана Динмухамеда Ахмедовича Кунаева». В ту же секунду я осознал, что дело приобретает крайне серьёзный оборот.

Но отступать лейтенанту было поздно. Прибыв к правительственной резиденции, Мендешев объяснил дежурившим на посту милиционерам цель своего визита. Стражи порядка без лишних вопросов пропустили его на охраняемую территорию.

Ельдоса и его отца оперативник обнаружил возле здания кочегарки. Юноша не стал спорить и согласился проехать в отдел милиции. Расстроенный отец лишь тихо пробормотал, что здесь произошло какое-то недоразумение. Самое примечательное, что на выезде с территории дачи милицейский «газик» разминулся с роскошным правительственным лимузином – в резиденцию как раз возвращался сам первый секретарь ЦК Компартии Казахской ССР.

Визит чекистов и жёсткий допрос

– Не успели мы завести Ельдоса в здание Фрунзенского РОВД, – продолжает полковник Мендешев, – как прямо у входа нас встретили подполковник и майор КГБ Казахской ССР. Они безапелляционно потребовали, чтобы я прошёл вместе с ними в кабинет к заместителю начальника райотдела.

Последующая беседа меньше всего походила на дружеский разговор коллег. Это был жёсткий, перекрёстный допрос, в котором молодому лейтенанту была отведена роль главного обвиняемого.

– Ваша фамилия Мендешев? Вы только что находились на территории правительственной дачи товарища Кунаева? И вы забрали оттуда сына штатного кочегара? На каком основании вы его задержали?

– Он обоснованно подозревается в совершении уличного грабежа,

 – ответил лейтенант.

Старший по званию подполковник КГБ внимательно посмотрел на оперативника и веско произнёс: «Запомни, лейтенант: если ты сейчас на сто процентов не докажешь его вину, тебе будет очень плохо. Твоей карьере конец».

На ковре у министра

Как выяснилось, расстроенный отец Ельдоса сразу после визита милиции бросился искать защиты у своего высокопоставленного работодателя. Он пожаловался лично Кунаеву, заявив, что его невиновного сына арестовали безосновательно. Первый секретарь ЦК отреагировал мгновенно: он позвонил в специальный отдел ЦК, курировавший правоохранительные органы, и распорядился жёстко разобраться в ситуации.

Перепуганные партийные чиновники принялись обрывать телефоны в руководстве КГБ и звонить министру внутренних дел Панкову. Самого министра на рабочем месте не оказалось, поэтому во Фрунзенский РОВД экстренно отрядили оперативных сотрудников чекистского ведомства. Так банальное уголовное дело об отнятых часах превратилось в грандиозный скандал.

К счастью для лейтенанта, его профессиональное чутьё не подвело. Поняв, что отпираться бессмысленно, Ельдос быстро сломался на допросе. Выяснилось, что на танцах ему очень приглянулась одна девушка, однако её увёл потерпевший подросток. Ельдос разозлился, догнал соперника, избил его, а чтобы закрепить свой триумф, отобрал часы и куртку. Всё похищенное парень надёжно спрятал на чердаке своего дома.

Зафиксировав чистосердечное признание, Мендешев выехал к нему домой, где в присутствии понятых изъял спрятанные вещи. Передав вещдоки дежурному, лейтенант отпустил Ельдоса под подписку о невыезде. Дело было раскрыто, но радоваться было рано. На следующее утро начальник РОВД мрачно приказал Мендешеву: «Забирай все материалы и дуй в министерство. Тебя вызывает лично министр Панков».

Политический разнос

– С начальством подобного уровня мне общаться ещё не приходилось, – вспоминает Габдрахим Мендешевич. – Министр внутренних дел КазССР Панков в течение целого часа нещадно распекал меня в своём кабинете.

Никакой похвалы за творческий подход к службе оперативник не дождался.

Напротив, Панков обвинил его в политической безграмотности. Министр кричал, что должность отца Ельдоса ответственна, и теперь расстроенный работник не сможет нормально топить кочегарку. Панков грозно спросил, какое право имел лейтенант проводить задержание на территории дачи кандидата в члены Политбюро ЦК КПСС. Но циркуляров, запрещающих задерживать преступников на территории правительственных дач, в те годы не существовало.

Уже значительно позже умудрённый опытом начальник Мендешева объяснил истинную причину столь бурного гнева генерала. Оказывается, министр до смерти перепугался за своё высокое кресло. Дачу первого секретаря круглосуточно охраняли бойцы специального полка МВД, подчинённые лично Панкову. И вдруг выясняется, что на этом охраняемом объекте свободно проживает и прячется уличный грабитель, которого без труда находит какой-то лейтенант!

Возникал закономерный вопрос: как подозреваемый вообще оказался в резиденции Кунаева и кто допустил такой провал в безопасности? Если бы этими вопросами задались в Москве, Панков мог бы попрощаться со своей должностью. Поэтому генерал был готов стереть в порошок ретивого оперативника, но придраться было не к чему, – лейтенант действовал строго по закону. В итоге старший лейтенант Мендешев не получил даже выговора. Уголовное дело в отношении Ельдоса позже передали в инспекцию по делам несовершеннолетних: его просто поставили на учёт. Часы и куртку вернули владельцу.

Автор: Олег Губайдулин

Фото: tengrinews.kz

Подписывайтесь на @Свидетель.KZ