Как казахстанка учит детей английскому языку на Бали и продвигает идеи феминизма

Казахстанка Айдана Нуранова пять лет назад уехала из страны за своей детской мечтой о море. После жизни в Турции она обосновалась на Бали, где сейчас работает учительницей английского языка в частной индонезийской школе. Но её жизнь – не только уроки и пляжи. Айдана – феминистка и вегетарианка, которая уже полтора года ведёт набирающий популярность блог, открыто препарируя сложные и неудобные темы «женской несвободы».

В интервью Ayel Айдана рассказала о том, чем балийские школы отличаются от казахстанских, с чем ей приходится сталкиваться, будучи феминисткой, и что для неё сегодня значит свобода.

– Айдана, какой была ваша жизнь до переезда?

 – Я эмигрировала 5 лет назад. Сначала в Турцию,где прожила два с половиной года, и вот уже три года живу на Бали. В Казахстане я также работала учительницей английского в частной школе. У меня был свой благотворительный фонд – не официальный, но активный. Каждый месяц в течение трёх лет мы ездили с гуманитарной помощью к ветераншам войны, в детские дома и приюты для животных. Родом я из Семея, в детстве мама перевезла нас с братом в Астану, а год до эмиграции я прожила в Алматы.

 – Почему приняли решение пожить в другой стране?

 – Я всегда хотела жить у моря, очень люблю тропический климат. Вечное лето – это жизнь моей мечты с самого детства. В этом есть вклад моей мамы, это она взрастила во мне желание путешествовать и эмигрировать.

 – Расскажите о вашей работе в школе. Как нашли эту работу? Чем школы на Бали отличаются от наших? 

 – Я работаю официально в частной индонезийской школе. При поиске работы я обращалась во все учебные заведения на Бали, до сих пор помню список, который состоял из 65-ти местных школ, я отправила резюме всем. Сам процесс трудоустройства был почти таким же, как в Казахстане: я прошла собеседование, провела пробный урок. А дальше дело было за визовой менеджеркой. В нашей школе много иностранных учительниц, поэтому они хорошо знают процесс оформления.

Самое большое отличие от наших школ, которое здесь бросается в глаза, – религиозность. Здесь религиозная принадлежность – одна из важнейших идентичностей человека, и понятия атеизм не существует в принципе, поэтому мы с детьми молимся три раза в день. Молитвы больше формальные, но я долго к этому привыкала.

– С какими трудностями вы сталкиваетесь в своей работе?

 – Главная моя трудность, которая есть и была всегда, – это дети с особенностями в развитии. У меня высшее педагогическое образование, но нам никогда не преподавали коррекционную педагогику, я без понятия, как обучать таких детей,и сильно злюсь на то, что эту проблему игнорирует администрация школы. Считаю, что у каждого особенного ребёнка должна быть тьюторка и что нужно обучить весь педагогический состав инклюзивному образованию.

 – Отличается ли подход балийцев к гендерному воспитанию детей от нашего?

 – Нет, к сожалению. И в Казахстане, и в Индонезии я не вижу никакого феминизма в школах. Они борются с буллингом: у детей пресекается любое проявление расизма, национализма, много внимания уделяется религиозной толерантности, в то время как проблемы феминизма не то что не поднимаются, сам воспитательный процесс содержит патриархальные нормы.

Отличниц сажают с двоечниками, девочек учат терпеть хулиганистое поведение мальчиков, к мальчикам больше снисхождения, прививания лидерства и в целом внимания. К девочкам больше требований, и их достижения часто воспринимаются как само собой разумеющееся. Я на своих уроках руководствуюсь принципами феминистского обучения, стараюсь, насколько это возможно в местной культуре, создать для своих учениц островок равенства и справедливости.

 – Какое самое главное заблуждение о феминизме вам чаще всего приходится опровергать в блоге?

 – Многие думают, что чтобы называться феминисткой, нужно разводиться и вообще отказаться от контактов с мужчинами. Но это не так– в феминизме нет таких требований к женщинам.

– Вы разбираете кейсы о жизни женщин. С чьей стороны прилетает больше агрессии? 

 – Я веду блог полтора года, первые полгода было огромное количество хейта и угроз со стороны мужчин. Но, к счастью, алгоритмы настроились, и его стало меньше. Хейт от женщин, наоборот, появился по нарастающей. Наверное, потому что я стала поднимать более сложные темы. Вот как раз в начале мая я говорила о профем блогах мужчин. Я считаю неприемлемым для мужчин растить блоги на теме феминизма, но огромное множество женщин со мной не согласились и стали защищать конкретного мужчину, блог которого я взяла в пример. Одна из них мне угрожала, и это было неприятно. Но и поддержки, конечно, было много, на ней и держусь.

 – Помогает ли блог сохранять связь с женским комьюнити в Казахстане? Приходят ли к вам в директ за поддержкой девушки, которым прямо сейчас тяжело?

 – Странно получается, но большинство моей аудитории – россиянки. Поэтому связи с женским комьюнити в Казахстане особо нет. Да, мне регулярно пишет огромное количество женщин, и я читаю всех. Это очень трудно, чаще всего я вообще никак не могу им помочь, разве что эмоциональной поддержкой. Но и на это у меня не всегда есть ресурс, это грустная правда любой фемблогерки.

 – Изменилось ли ваше восприятие положения женщин в Казахстане после того, как вы увидели родину с расстояния в тысячи километров?

 – Изменилось, и дело не в расстоянии. Я обрела фемоптику буквально два года назад и в целом посмотрела иначе на мир. Это то, что больше никогда нельзя развидеть. Пока я жила в Казахстане, я очень слабо, но чувствовала несправедливость к женщинам, только никогда не хотела вникать в суть проблемы.

– Бали часто транслируется в соцсетях как райское место духовности и принятия. Так ли это для вас?

 – Бали, безусловно, уникальный остров с учётом смеси культуры, религии и туризма. Тут правда необычно, и даже я много интересного о самой себе здесь узнала. Но я не связываю это с той магией, которую ему приписывают.

Если посмотреть на остров трезво, то видно, что уровень жизни местного населения сильно ниже нормы. Здесь нет обязательного школьного образования, в Индонезии запрещены аборты, тут критическая нехватка детских домов и нет абсолютно никакой бесплатной медицины. Нам, иностранкам, тут нравится только потому, что тут мы «богатые». Все остальное – туристический маркетинг.

 – Насколько легко быть вегетарианкой на Бали по сравнению с Казахстаном, где культ мяса возведён в абсолют? Не скучаете ли по нашей кухне?

– К счастью, практиковать именно вегетарианство мне легко и в Казахстане, и на Бали. В Турции было тяжелее. Казахстан на самом деле довольно прогрессивный относительно многих других стран в этом вопросе. У нас есть веганшопы с полуфабрикатами, есть чисто вегетарианские заведения. На Бали это ещё легче, потому что здесь веган-еда не дороже мясной. Скучаю по мантам стыквой, у меня нет мантоварки. Недавно моя подруга-казашка устроила вечеринку дома у своей бабушки (да, её бабушка переехала за ней на Бали),и мы вместе жарили баурсаки. Это было очень тепло. А ещё я до мозга костей обожаю курт. Мама отправляет мне его периодически, но у меня всегда дефицит. Я плачу, когда мне его привозят или дарят подруги.

 – Что для вас сегодня значит свобода?

 – То, чего ни у одной женщины в мире нет. И то, за что нам вечно приходится бороться. Даже самая богатая белая женщина всё ещё живёт в патриархате, который гласит, что её статус ниже мужского, и к ней, как к женщине, больше требований, ограничений и прочей мизогинии. У женской свободы есть степени, мы каждый день прикладываем множество усилий, чтобы освобождать себя и своих сестёр от стереотипов, давления, зависимости, угнетения, насилия.

Автор: Яна Каримова

#мнение #интервью #феминизм #взгляд #Казахстан #Бали #мир

✅ Подписывайтесь на https://t.me/ayel_kz