Под грифом «ДСП»: что в Казахстане можно знать только чиновникам

В прошлом году государственный информационный заказ в Казахстане достиг порядка 85 млрд тенге. Динамику затрат и распределение средств ежегодно отслеживает «Правовой медиа-центр». В том числе, минувшей весной общественники запросили у Министерства культуры и информации данные о выделенных частным СМИ грантах в 2026 году, однако столкнулись с отказом. Опротестовать его не удалось: 14 июля специализированный межрайонный административный суд Астаны поддержал позицию профильного ведомства.

Судья решил, что Комитет информации «правомерно отказал в предоставлении запрашиваемых истцом сведений, так как административный орган не вправе произвольно изменять установленный правительством РК режим доступа к сведениям либо раскрывать информацию, отнесенную к служебной информации ограниченного распространения».

Глава «Правового медиа-центра» Диана Окремова намерена оспаривать решение суда, готовить жалобу в Конституционный суд, и дальше обращаться в Комитет ООН по правам человека. Мы же решили подробнее рассказать о том, что же такое документы «для служебного пользования» (ДСП), почему и на какой срок их засекретили для общества.

Что такое «ДСП», и когда информзаказ стал секретом

ДСП («для служебного пользования») — это пометка, которую госорганы присваивают определённой информации на какое-то время. Речь идёт о сведениях, ограничения на распространение которых диктуются служебной необходимостью, то есть их разглашение может нанести ущерб интересам того или иного ведомства.

По закону у властей есть целых девять критериев, при наличии которых информация может быть закрыта грифом «ДСП»:

1.     если сведения относятся к госоргану и обеспечению режима секретности;

2.     если сведения оказывают непосредственное влияние на работу госоргана;

3.     если сведения переданы госоргану на условиях конфиденциальности;

4.     если разглашение сведений нарушает права, свободу и законные интересы физических и юридических лиц;

5.     если сведения касаются межведомственной и внутриведомственной переписки, а также совещаний в процессе выработки решений;

6.     если сведения охватывают результаты проверок, проводимых в рамках государственного контроля и надзора;

7.     если сведения поступили от других государств или международных организаций, и по ним ещё не принято соглашение об условиях раскрытия;

8.     если сведения раскрывают оперативно-служебную деятельность, оперативно-розыскные и контрразведывательные мероприятия;

9.     если сведения касаются переговорной позиции страны или процесса выработки решений в рамках работы в международных организациях.

Эти основания перечислены в постановлении правительства «Об утверждении Правил отнесения сведений к служебной информации ограниченного распространения и работы с ней». Оно было принято летом 2022 года, а в конце 2023 года дополнено типовым перечнем документов, подлежащих ограничению с пометкой «ДСП».

В упомянутый список сегодня включен и следующий пункт: «Документы (сведения) о СМИ, которым предоставлены гранты и государственный информационный заказ с распределением по тематическим линиям, за исключением договоров о выполнении государственного информационного заказа». Срок действия грифа — 5 лет.

Именно на эту норму и сослался суд в своём решении по иску «Правового медиа-центра». Судья заключил, что сведения о предоставлении грантов СМИ и распределении таких бюджетных средств относятся к категории имеющих специальный правовой режим доступа.

Заметим, кроме вопросов информационной политики перечень охватывает документацию, касающуюся экономического развития, недропользования, электроэнергетики, тарифообразования, землепользования, пенсионной системы, системы социального страхования и пр.

Почему правовой медиацентр не согласен

Диана Окремова объяснила, что в качестве аргументов в суде использовала ссылки на Конституцию, а также законы «О доступе к информации» и «О масс-медиа». В законе о доступе к информации, в частности, говорится о недопустимости ограничения общественно значимой информации «о формировании и расходовании средств из республиканского и местного бюджетов, за исключением сведений, содержащих госсекреты».

В новом законе о масс-медиа также есть раздел, посвящённый государственной информационной политике. В статье про гранты для СМИ указано, что уполномоченный орган обеспечивает открытость и прозрачность процедур их предоставления и реализации в соответствии с законодательством Республики Казахстан о доступе к информации.

«Плюс мы ещё ссылались на заявления Каната Искакова [первый вице-министр культуры и информации], который на рабочих группах по разработке закона «О масс-медиа» пару лет назад клятвенно нас убеждал, что отныне с новой медиаплатформой, новым законом и новыми пунктами о госфинансировании вся процедура станет прозрачной, открытой, и все будут всё знать», — добавляет Окремова.

К слову, с момента принятия закона о масс-медиа прошло уже два года, а новая медиаплатформа так и не заработала. Только на днях на сайте государственных закупок появилось объявление на разработку «платформенного программного продукта «Единая медиа платформа». Выделили на это почти 350 млн тенге, отмечает Factcheck.kz. Через платформу, помимо прочего, планируется проводить конкурсы на получение государственных грантов для СМИ и принимать документы в электронном виде.

Как на практике гриф «ДСП» ограничивает доступ к информации

Мы собрали несколько показательных примеров, когда социально-значимая информация не разглашалась без каких-либо объяснений:

★    Депутат Марат Башимов призывал Высшую аудиторскую палату немедленно опубликовать результаты проверок за 2022-2024 годы и обеспечить соблюдение норм о прозрачности бюджетного процесса. Ранее один из членов ВАП в этой связи сослался на критерии, согласно которым информация по аудиторским проверкам может быть отнесена к категории «для служебного пользования».

★    ФБРК запрашивал у Комитета ветеринарного контроля и надзора Министерства сельского хозяйства статистику по очагам болезней животных за минувшие десять лет. Комитет отказал, сославшись на гриф «для служебного пользования». Также ФБРК обращался в Министерство экологии и природных ресурсов с просьбой предоставить научное обоснование массового изъятия сайгаков. В ведомстве отказали сначала со ссылкой на авторское право, а затем заявили, что «поскольку данное биологическое обоснование является документом, связанным с ДСП, оно распространению не подлежит».

★    BES.media направил около 90 запросов в различные ведомства с просьбой раскрыть детали премирования госслужащих. За исключением одного комитета все госорганы прикрылись грифами «ДСП» и «персональные данные».

★    Депутат Ажар Сагындыкова интересовалась, была ли сделана в Казахстане инвентаризация защитных сооружений гражданской обороны (бомбоубежищ). В своём ответе министр по чрезвычайным ситуациям Чингис Аринов подчеркнул, что информация о количестве и состоянии таких укрытий предоставляется только «для служебного пользования».

Подписаться на @Shishkin_like