Два года мать погибшей Вероники Соколовой борется с версией следствия

В ночь на 12 июня 2024 года в Алматы погибла22-летняя жительница Уральска Вероника Соколова. Следствие квалифицировало произошедшее как суицид. Мать девушки настаивает на обратном и два года вынуждена бороться не только с горем, но и с процессуальными нарушениями, утерянными доказательствами и сменой четырёх следователей.

Первое свидание

Вероника приехала в Алматы и в день трагедии отправилась на первое свидание с молодым человеком по имени Алибек, с которым познакомилась через сферу аренды недвижимости. Вечер начинался спокойно: пара побывала в ресторане, после полуночи направилась в квартиру в жилом комплексе «Алматы Тауэрс», которую Алибек предложил посмотреть как вариант для аренды.

Спустя несколько часов Вероника оказалась под окнами дома. Врачи скорой помощи констатировали смерть от сочетанной травмы головы и правой нижней конечности.

Две версии

Версия Алибека, изложенная следствию, выглядит следующим образом: между ними возник конфликт на финансовой почве, он забрал у девушки телефон в качестве залога, после чего она залезла на подоконник и выпрыгнула сама. В разговорах с полицией молодой человек заявлял, что Вероника употребляла наркотики и сама предлагала интимные услуги за деньги. По его словам, он даже перевёл ей 50 тысяч тенге, однако платёж якобы не прошёл.

Мать девушки Любовь Соколова эту версию категорически отвергает. Накануне трагедии они созванивались и обсуждали летний отпуск –выбирали между Вьетнамом и Таиландом. Вероника была в прекрасном расположении духа.

Позицию матери подкрепляют и косвенные детали. Вероника выпала из окна вместе с сумкой и ноутбуком, который после падения остался в рабочем состоянии. Следов наркотиков в её крови обнаружено не было. Сосед снизу слышал звуки тяжёлой возни и падения мебели незадолго до трагедии. Экспертиза зафиксировала на теле множественные ссадины, рваные раны и кровоизлияния от контакта с твёрдыми тупыми предметами. На посуде в квартире обнаружены отпечатки пальцев четырёх разных людей.

Бюрократический лабиринт

За два года расследование поочерёдно вели четыре следователя – Темирлан Есболов, Алмаз Кайсаев, Аян Усербаев и Хамзат Куатбек. В декабре 2025 года досудебное производство прекратили за отсутствием состава правонарушения. Лишь после вмешательства суда по инициативе матери это решение было отменено.

Адвокаты потерпевшей стороны Марал Жайлаубаева и Олжас Карбозин фиксируют грубые нарушения с первых часов расследования: биллинги телефонов, переписка и денежные переводы не были изучены в дежурные сутки. Одежда погибшей оказалась утеряна – её не оформили надлежащим образом, а следователь Тохтаев, допустивший это, впоследствии был уволен.

Долгое время Алибек оставался лишь «свидетелем с правом на защиту», несмотря на то, что сторона матери настаивала на смене его процессуального статуса. Сейчас дело передано в Следственное управление ДП Алматы, а Алибек переведён в статус подозреваемого. Мера пресечения к нему не применена; действует презумпция невиновности.

«Главный противник в этом деле – фактор времени, безвозвратно унёсший цифровые следы и свидетельские воспоминания»,

– предупреждают адвокаты.

Попытки заставить замолчать

После того как история получила широкий резонанс в СМИ и соцсетях, Любовь Соколова столкнулась с давлением.

Представитель Алибека направил ей сообщение с требованием прекратить публичные обсуждения, формирующие образ виновного до решения суда, и с угрозами подать иски о защите чести и деловой репутации. В том же обращении сообщалось о готовности молодого человека пройти психофизиологическое исследование на полиграфе.

Любовь Соколова расценивает это как попытку уйти от ответственности.

За время борьбы женщина потеряла не только дочь, но и мать, не пережившую трагедию. Она продолжает добиваться прозрачного расследования – и прежде всего, объективной проверки всех улик, которые следствие не отработало с самого начала.

#Вероника_Соколова #потеря_улик

Автор: Газиз Маради

Подписывайтесь на @Свидетель.KZ